журнал "Радуга"

проза, поезія, літературний погляд, рецензії, галерея

logo-rs4g2.jpg
kiev-raduga  11.07.2010 15:36:57
Мітки / тегиСергей_Черепанов

Сергей Черепанов. Типология гениальности или Практическое пособие для начинающих гениев (Часть пятая)

Мальчика я не нашел. Через час уходил мой поезд. Я забежал в гостиницу, в номер, пропахший хлоркой, и поспешно собрав вещи, в сумерках побрел на станцию. Тогда, по пути, я понял, в чем может быть важнейший секрет гениальности – в искренности на переломе, когда еще всецело здесь, но уже там, в иной стихии, потому что Ирэна происходит от Рины и Сирены, от тетушек заменивших ему маму, - скажем, Рины (вспомните, пожалуйста, Тортилу в исполнении Рины Зеленой), - и Сирены, - подводной глубины пола, в которую страшно заглядывать (подглядывать) в одиннадцать, но откуда уже слышен волшебный, магический, неотвязный, одуряющий, подчиняющий всего тебя – и жизнь, и музу…

Это чувство - искренности на переломе - сочетающее детскость и опыт, чистую досексуальность с ахматовской страстью - он сохраняет годами и десятилетиями?! Как?! Как ему удается? И почему? Бережет себя для той, единственной, для Музы?.. Но ведь у поэта, артиста, певца - их, как минимум трое...

Пой! Пой эпиталаму!

Тебе Осанна - Грех!

Нет, он не выйдет за муз.

Но пожалеет всех!

 (Комментарий. В 1963, в возрасте, прошу подсчитать - 54 лет, дедушка поступил в Московский заочный институт рыбного хозяйства. Это был поступок. Формирующий семейную традицию краеугольный факт, обязывающий всех без исключения Вердрееров учиться всегда, напряженно, как дедушка.

 Однако было неясно: почему в Москву – терпеть ее не мог, все с «братвой» рифмовал, - почему туда, а не в Одессу? И почему в 1963, а не в 1961 или позже?

И как уезжал?! Румынский костюм, серый в полоску, только что купленный, ЦЕБО на бугристой полиуретановой микропорке - тоже, габардиновый плащ не взял, сказал – «там поищет». А сколько снял денег – скрыл.

 В общем-то поступать никуда и не думал. На майские письмо получил со штемпелем США. Ночь не спал, встал, пошел на кухню и, перепутав бутылки,  хлебнул керосина вместо пива! А когда «скорая» уехала, смог уже говорить: «Ну и, слава богу, значит, не сестра, значит, - прошептал, - судьба...» И стал готовиться.

 Дед был мужчина. Никогда. Ни полслова, ни-ни!

 Можно только догадываться. Или – с карандашом в руках: 34. В 1963 – та же разница: там 1889 и 1923, и здесь – 1909 и 1943. Он поверил в подобие, в перст судьбы, в сводимость, в письмо оттуда, окончательно снявшее родство.

 Я люблю этот фильм. («Я шагаю по Москве.» – комм.) Но каждый раз мне становится просто смешно. Дедушка – был безумно хорош. Я, кажется, уже писал – подольский Кторов! – иронические черты, мужской нос, яркие с поволокой и жидкостью цыганские очи, жизненность, осанка, приличный рост, как говорится - вес, импозантность. А как танцевал, пел под радиолу! Мне просто становится смешно, когда рядом с ним и с Ней мельтешит этот верзила, который только сейчас приближается к дедушкиному  авантажу и, посещая каннские фестивали, вышагивает, батюшки-светы, уж не тем же ли манером, что Кашенька! Спрашивается, чего же было ждать столько лет, когда – вот он, орел, в 1963?

А то, что – звонил, посылал цветы, пробирался за кулисы и пр. и пр. - будьте уверены, не преминул... Пять лет учился, регулярно ездил на сессии, с трех книжек снял все. Но – никогда, ни полслова...

И может быть эпиграф (см. с.1) уже не Ему, а Ей?)

Глава 6. Поле битвы дьявола и Бога

”Вот, например, история, которая однажды произошла с моей мамой. Когда умер папа, она была еще довольно молода и безумно красива. Естественно, мужчины обращали на нее внимание. Но она очень любила папу и ни о ком не думала, кроме как о том, что должна сделать для увековечивания его памяти. Тогда она занималась установкой памятника на могиле отца и приехала со скульптором на Новодевичье кладбище, где папа похоронен. Когда подъехали, небо нахмурилось, пошел дождь. Чтобы переждать непогоду, они остались в машине. О чем-то говорили, тихо играла музыка, и скульптор, давно, видимо, неравнодушный к маме, обнял ее и попытался поцеловать. В тот самый момент вдруг налетел бешеный порыв ветра, резко потемнело все вокруг, и в часовенку, рядом с которой стояла машина, ударила молния. Мгновенно вспыхнул пожар... Тогда взволнованная мама и сказала скульптору: «Никогда больше не позволяйте себе ничего подобного! Александр Николаевич этого не допустит!..» Что это было? Мистика?.. Расценивайте как хотите... ” А.Вертинская

Да, опрометчиво… А ведь прочтут, прочитают это, и еще, не приведи господи, наклеют ярлык чертовщины какой-то, дьявольщины. И никто не будет разбираться, что это скорее тень женского греха дополнительности. Инаковость, как правильно заметил Лукьяненко, еще не означает чертовщину. Тем более, кто знает, может он вовсе не угрожал, а спасал того скульптора, кто знает?

Так вот, заявляю со всей ответственностью: Ни о какой продаже души за деньги, или по бартеру - за творческий успех или безумную любовь – речи быть не может. Извините. Гений на то и гений, чтобы не продаваться! Борьба – да! За него борются, особенно в молодости, в возрасте Крысы – с 17 до 24, когда желания кипят, когда на одной чаше «все царства мира», но на другой – Искусство, Честь, Дружество, Сочувствие и Жертвенная Любовь, которые и есть истинная ценность, а не -  «как хотите».

Это был дух-покровитель. Он тоже – подключен. Он бьется рядом с тобой, а ты не замечаешь. Он на твоей стороне:  гений и злодейство – не дружат. Но как подружить его с добродетелью?

 Зло приказать не может – а вот вовлечь, пригласить поучаствовать в действе, которое зло-действо, в агрессивной тусовке скинов, в групповухе, в опускании салаг, в грабеже, да мало ли? Есть ритуалы разрушения кротости, доброго сердечка, жалостливых касаний. Кокаин. Война. Как я боялся, что Кока измучится и перегорит, привыкнет к гнойным бинтам и стонам, к смерти, как привыкают хирурги, распивающие в морге. Я боялся – очерствеет, остынет его сердце, высохнут слезы... Что его спасло? Спасение! Он не работал – он спасал, он не трудился –  вкалывал  - и потому был спасен и приставлен к сострадательному поприщу, к мастерской по производству утешений.   

 Вставка О. О репертуаре.

Маэстро критиковали. Поначалу главным образом за аполитичность.

«Погубили нас не одни только цыганские романсы, чайки и альбатросы, но и все эти подергивания, откровения и телодвижения, гавайские гитары, вздрагивания, сурдины и, конечно, притоны Сан-Франциско, где «Лиловый негр вам подает манто...» - писал Дон-Аминадо, оглядывая возможные варианты русской смуты,  писал по прошествии  времени, предполагая, что задним умом мы все сильны.

Упрекая деятелей культуры в том, что они не заметили приход революции, Дон-Аминадо не развивает эту мысль, а жаль. Потому что, если предположить усиление социальной направленности культуры перед революцией – в результате получили бы большее  противостояние, большие жертвы.

Неужели он верил, что деятели культуры могли предотвратить катастрофу?

Что ж, его вера имела основания – революция была бы менее кровавой, если бы деятели культуры действовали совсем иным способом, если бы уводили зрителя подальше от политики, от борьбы, в духовную или заграничную эмиграцию, как делал это А.В., чтобы спасти его – зрителя -  для возвращения, для возрождения.

Думал ли об этом молодой Пьеро, то есть делал ли это сознательно? Вряд ли. Трудно ожидать творческой ответственности от жаждущего всемирной славы юного провинциала? Да, он спас полковника. Рискнул, достал пулю корнцангами. И возможно, решил, что способен и сподоблен врачевать души. Певец-врач? Что ж, вполне вероятно! Но осознание своей роли? Ах, нет!  

Иисус указует тернистый Путь, поднимает планку так высоко, что иные не допрыгивают, а перемахнувшие разбивают колени в кровь. «Не мир, но меч!» Задача пророка – указать путь, задача Пьеро – уменьшить страдания на этом Пути, не устраняя саму причину страданий, - это ему, маленькому, не под силу, - а сочувствуя, разделяя.

Пьеро  перевязывает, врачует раны. Поэт-врач в отличие от Поэта-Пророка должен выполнять иные функции. Не сразу понял  это А.Н. «Я слышу глас ... пророка, - писал он в одном из поздних стихотворений, – «Восстань. Исполнись волею моей… - И я ... бреду... еще пытаясь в творческой потуге уже не «жечь», а греть сердца людей.» Понял не сразу, а чувствовал всегда. Идея согревания, идея маленького домашнего огня-очага сердечности, жаления, сострадания оказалась, как мне представляется, плодотворнее усилий титанов культурной оппозиции. Борцам с тоталитарным режимом пришлось надолго окунуться в немоту, оставить массовую культуру. Иначе и быть не могло: конфликт с режимом приводил к физическому уничтожению,  как пророков-творцов, так и потребителей их высоконравственных пророчеств. В этой связи проповедь домашних ценностей, интимная лирика, которую, безусловно, не рекомендовали, но и не запрещали, - позволили в годы сталинизма сберечь тело и  душу народа. Думаю, именно по этой причине А.Н.Вертинского и называют «дедушкой авторской песни», которая в культурном возрождении России сыграла, как известно... (оборвано – комм. И тут же на полях рукою правнука – рок-музыканта: Что же петь? Попсу галимую, шароварщину, или дедушек битлов? Или все-таки наше, готику, полную сочувствия, пусть к прокаженным и потрошителям, – а наполненную чувством, драйвом?)

 Предназначенный для Роли

Гениального Творца,

Ты, внучок, - Большое Поле,

Поле битвы без конца.

 Над тобой поют и реют.

Под тобой шипят и жгут.

Боже мой, чего не сеют.

Черт возьми, чего не жнут.

 Вот и я, бывало, руки

Опускал, когда не мог

Отличить добро от скуки,

А любовь – от бледных ног.

 Впрочем, ты не беспокойся.

Есть кому тебя спасать.

Чай, дед с папой – не пропойцы,

И не ... бабушка и мать.

 (Комментарий. Это строки дедушка посвятил мне и сделал все, чтобы спасать меня не пришлось. Во-первых, нещадно баловал меня, избавляя от греха зависти, захваливал до такой приторной сладости, что лестью меня не возьмешь. А во-вторых, познакомил меня со всеми возможными пороками и извращениями, гениально обсуждая их за вечерней газетой, за ужином, когда ничто не могло быть лучше фаршированной рыбки, или селедочки с лучком, или пупков, или бульончика с потрошками. Дедушка кушал молча, никогда не разговаривая, но я знал, если спрошу сейчас про такое, он подымет глаза:  – Некро-, - переспросит дедуля, посасывая мозговую косточку, - а-а, некро-филия – это...

 Нет, я, конечно, не спрашивал, стыдно, но понимал – и  понимание вытекало из всей обстановки нашего патриархального быта -  понимал, безусловно – да, естественно, совершенно это труполюбие не лучше, не аппетитнее что ли, невеселее... А наркотики – это уж точно удел неумных, не гениев.

 Собственно, что об этом писать? О горах святых и лысых? Киевляне и так знают. А 19 страниц, посвященных ОТВЕТСТВЕННОСТИ ГЕНИЯ за слово, нет! – за букву, ноту, мазок, поступок переписаны дедушкой у Гоголя, и потому опущены. И что? Не писать безответственное – безумно летящее сквозь тебя, как весна или любовь, не изменять, не рваться на юга? Не дерзать? Сжечь? Уйти в «тишизм»? 

 Или – думать?)  

Гении – шпионы Бога на земле. Посланцы. После И.Х. ситуацию отслеживают тысячи гениев. Они одновременно подобны Творцу и народу, и потому могут воспринимать и передавать информацию.

Богочеловечность гения поясним на примере треугольников. Интересно, что треугольники -  первая и наименее сложная из всех фигур, имеющая и подобные и отличные. В самом деле, если все точки – идентичны, все прямолинейные отрезки – подобны, а равно подобны – и все кубы, и все шары, то над челом бога Саваофа – треугольник – равнобедренный или равносторонний – а у каждого из нас - свой. Однако, можно говорить об усредненном народном, который совсем не равносторонний или равнобедренный. Менталитет нации – есть типичное искривление, а гений – промежуточный тип, поворачивающий, исправляющий или, как минимум, указывающий путь к божественной триаде.

 Промежуточный... как атлант.

Но не будем строить из себя Атлантов. Гению должно быть плевать на масштаб.

Например, теория «латерального мышления» Эдварда де Боно является по сути дела мальтийским катализатором моей «Типологии гениальности.» Я пишу, как практически готовить гениев. Он – как прививать гениальное мышление в бизнесе, политике, хореографии... Но он переведен на 26 языков, а я сижу на кухне и учу внука. Ну, и о чем это говорит? Ровным счетом – ни о чем.

Масштаб... Кто сказал, что гении бывают только всемирного масштаба? Хлебников – гений? Гений. И Хармс – гений. А кто их читал в Зимбабве? Да зачем в Зимбабве – у нас, в Дымере? Генион, думающий о масштабе, никогда гением не станет. Как называлось, за что дали нобелевку Эйнштейну? Что-то по фотографии. Так это масштаб?!

 Вставка 1940 (из Шанхайского дневника.) 

«…зимы в Шанхае пгомозглые.(Да, «пгомозглые» – так в «Дневнике» – прим. Дедушки.) Каких-то минус два, а влажность – и пробирает до косточек. Надо кутаться, легкие беречь, горло. Болеть добытчику нельзя. Вот и Пьеро, костюм мой, и тот норовят за долги.  Что ж - не бизнесмэн… Рабочая я лошадка. Так вот плетусь  на Ханчжоу-роуд, через весь город. За вечер - за ночь – уже два надобно концерта, с одного не прожить.»

  Сказать, что гений обязан трудиться – значит, ничего не сказать. Труд есть единственная форма существования гения, поскольку вне труда творческий потенциал теряет целесообразное применение; ядерное горючее, достигшее критической массы гения, простаивать не может, - либо свет и тепло, либо Хиросима, либо Чернобыль. Четвертого не дано.

«Не спи, не спи, художник!» - гласит народная мудрость. А поэт добавляет – «Не предавай сосну!»  То есть – природу, естество, сущее, Бога. Не верю я, что Он отдыхал в субботу. И вообще – как можно отдыхать! Период укукленности позади. Если ты – Крыса (17-24 года) – носись, как ненормальный, таскай, жри, лопай, хотя бы надкусывай. Чтобы в кабаньем (24-31) и волчьем (31-42), змеином (42-55) и драконьем (55-70) и далее – была пища для души и тела, хлеб насущный.

  (Комментарий. Хлеб насущный добывал Каша. Дедушку не нужно было просить: Даждь! Даждь! Молить, как манну с небес. Он сам знал, кто в доме добытчик, знал это с 9-ти лет, когда родителей не стало. Каша трудился всегда. Всю жизнь. Понимая «в поте лица – хлеб свой насущный» не как обузу, ежедневное страдание, а как завет, партийное поручение, молитву, функцию гения, если хотите. Умирать в кардиологию на Обсерваторную привезли его прямо с работы, с четвертым инфарктом. И он поднялся пешком на четвертый этаж (лифт не работал), сел в кресло и отошел тихо, покойно, в сознании того, что все и правнучек нивроку здоровы, дети и внуки выучены, обеспечены, т.е. есть и  Лоле на старость и всем на «черный день». 

 Он любил семью и ничего не жалел для нее. Три раза подымался – перед войной, в Киеве, депутатом, четырехкомнатную квартиру обставил. После войны – начальником лечсанупра в Пятигорске, в голодные годы. Как сыр в масле. За два года и денег скопил немало. А тут – бац! -  1947, реформе все поглотила. Уже в Киеве, куда привез детей учиться, сделал третью попытку. Тут уже он копил вдумчиво, серьезно и хранил в облигациях, золоте, хрустале, одних китайских полотенец – 200 штук! Но не забывал при этом и об ежедневном, о куске разнообразного хлеба. Чтобы «всю эту ораву» прокормить, в добавление к свежайшей палянице брал он (тоже с рубчиком-корочкой, но нежнее) пару французских  (городских) булочек, половину украинского (которого нет нигде, кроме как у нас –  хорошо, что мы живем в Киеве!), по четвертушке арнаутки и бородинского с впаянным тмином, а бывало, и игрушечный  кирпичик диабетического, ласлывый,  с непонятным дорогим вкусом.

 Я забыл о припудренных булочках с повидлом, специально вылазящим с обоих концов, румяных и особенно вкусных там, где повидло запеклось на зажаристом крае; о «жуликах» такого свежержаного сдобноукраинского вкуса, но еще с изюмом! (вы знаете вкус печеного изюма на острых концах «жулика»?); о пончиках-огурчиках, красных, рифленых с ванильною пудрой; о чем еще я забыл?

 Во второй авоське, куда  заглядывалось тут же, среди плоских (пожалуйста, проявите терпение!) свертков из гастрономии и бакалеи, нет-нет, да и попадался кулечек маслин, жирно проступающих на серой оберточной, и тоже просящиеся наружу – гибкие свертки с любительской или свежохонькой докторской, а также  - твердый – с халвой, и - поддающийся, со сглаженными углами – с маслом, чувствовалось, шоколадным.

 Зачем ждать субботы?

 Маленький праздник можно иметь вечером, после работы.

 Когда из третьей, словно из сети вынималась рыбка (а дедушка к рыбке доступ имел) - селедочка или – лучше холодного, а еще лучше – горячего копчения, чтобы быть приготовленной с лучочком-лучком, с яичком в «мешочек», с печеной из духовки картошечкой и со всем тем из второй авоськи…

 Благодаря Каше дом был полная чаша, вплоть до конфет, какао, вплоть до я не знаю чего!

 Чтобы заработать такое, дедушке приходилось мотаться, крутиться: на главной работе – главным инженером - там – то, там – «рацуху», там - премию к празднику, путевку, паёк, а домой брал сумочки шить, или кошелечки, пояса, или сетки плести… И только ночью, глубокой ночью, когда все уже спали, он брался за перо.

 Я же помню его с вилочкой.

 Несколько раз ёрзнув на табуретке, уже в пижаме и шлепанцах, уже с вымытыми и насухо вытертыми китайским полотенцем хирургическими пальцами, дедушка  брал вилку и, пронося ее над столом, забывал обо всем, накалывая и перенося к себе на тарелку с витыми хвостатыми облачками, сначала молоки, икру («оставь ребенку!» - сердились по очереди мои бабушки и, наконец, моя мама, но Каша не слышал, а переносил, и начинал есть, т.е. кушать, тщательно пережевывая пищу. Наступала такая сосредоточенная тишина, словно в часовой мастерской, снаружи, сквозь стекло: ... он осматривает каждую стрелочку и пружинку, то есть - обсасывает каждую косточку и каждую икринку, пробуя ее, - словно манну, божественную крупу, посланную с небес. Так, наверное и писал. В редкие минуты тишины и покоя, не видя вокруг ничего, ни зала ожидания вокзала, ни снующих официантов в дорожном ресторане, и лучшие строки не стеснялись появляться на салфетке, или бланке строгой отчетности, который потом приходилось списывать в бухгалтерии через шоколадку…

 Дедушке не надо было желать «приятного аппетита», что по-китайски означает «кушайте медленно, не торопясь». Когда бы не было у него разносолов, был бы один рис в желтоватой мисочке, Каша бы и тогда обсасывал каждую рисинку в отдельности, словно новое неожиданное слово, выражая завистливую благодарность за такую крупную манну, что Бог послал китайцам.

 - Это правильно, они трудяги… Пятьдесят тысяч иероглифов! Шутка сказать! – И бабушки кивали в ответ.)

 Вставка 1950 (из Шанхайского дневника).

«Пап! – кричат вдогонку доченьки – привези... И я ищу, и добываю – пап! – поэт, артист, певец! – они знают, им не надо каждый вечер доказывать это – пап! – поэт, артист, певец, - и я ищу, добываю.

Для них результат вот он – в авоськах. А для меня? Нет простого ответа. Может быть в зрительской любви за муки творчества, невыразимости, когда нужное слово, жест, музыкальная фраза не даются – до заикания, до потери сознания? А может, в самих словах, чудесных находках? Пустое… Кто ценит процесс? – только результат. Мой пот и мои слезы до сцены -  и не должны быть видны.

Рыбы плачут все время – бессловесные - а этого никто не видит. Слезы в слезах – это они наплакали, океаны слез. Тихий – самый большой. Как мне жаль их - всех и маленьких, и почему-то китов в особенности. Почему они выбрасываются на берег – слез (или слов?) не хватает?? Как мне жаль их – не пишущих, не творящих искусство. Каждому поэту, артисту, певцу это понятно. Те, кому творить не дано, тоже страдают, и плачут, не понимая, не ощущая своих слез.

Вот и  певец, артист, поэт плачет каждый вечер.

«... когда я выплачу дачу»

Глава 7. Чужбина-родина-война

И чужая плещется вода.

И чужая светится звезда.

Слова Р.Блох и А.Вертинского

 Когда я прочел ему в первый раз стихотворение Мандельштама «Я вернулся в мой город, знакомый до слез», он заплакал, а потом сказал мне: «Запишите мне,  пожалуйста. Запишите мне»...           

А.Галич

  (Комментарий. Война тоже имеет свой плюс. По пути что-то терялось. Личные и другие «Дела №», свидетели, завистники, враги, документы. Потеря бабушкиного паспорта, и последовавшая за этим пропажа двух свидетельств о рождении – маминого и дядиного, позволили поменять графу!

 Из Киева бежали евреи, - на Урале прописались русские - Вердрееры стали русскими. Ради высшего образования, ради карьеры, ради детей коммунист и депутат Аркадий Наумович Вердреер пошел на подлог –  из эвакуации возвращались уже чистые русские: и мама, и дети. Что?.. Вы хотите спросить, не «сдал» ли мой дедушка свой народ? Ну что ж – спрашивайте, спрашивайте! Но, помните – шел 1943, до 1953-го еще «десятка»)

  Вставка Ш.

Был ли  шанхайский период успешным? Будто бы и бизнес затевал, ресторан морепродуктов на паях, «Гардению», впрочем, свои же и надули… И женился в конце концов, влюбился страстно, дома, уюта семейного захотел, доченька родилась!... Кто говорит – «устал»? На Родину тянуло. На Родину тянуло всегда. Устал?… Тяжко, тошно. Морды ресторанные опротивели. «Шанхай кишит жуликами. Кто служит в контрразведках, кто «работает с японцами», кто просто шарит по карманам…»(3)  И он публике поднадоел… По два выступления. Конечно, уставал. А на фото – орел?.. 

  Пьеро. Это должно быть та самая счастливая страна.

Карло. ... Уж не та ли это страна, где старики на старости лет счастливы, как дети,.. и если приходиться играть на шарманке, то уж только для своего удовольствия?

А.Толстой «Золотой ключик». Сказка для детей.

  «Ты знаешь, как я, например, живу? У меня целое поместье в Царском селе, у меня три автомобиля... У меня такой набор драгоценных английских трубок, каких у самого английского короля нету...»  Из письма А.Толстого – И.Бунину. 1936

 Из письма А.Вертинского – Л.Арнольдову:

”У меня завелись в душе вши. Это от поездки, от вагонов, людей, городов… От всей этой запаршивелой эмиграции… От Харбина… От грязных отелей, скучных людей… затхлых суждений и взглядов… лицемерия… пошлости. И все мне кажется, что я еду в теплушке в большевицкое время и что у меня тиф и что идет эвакуация… Собственно в переводе эвакуация – значит – ”вывоз”, ”спасение барахла”… И вот я тоже завшивевший спасаю свое ”художественное” барахлишко – мотаюсь по станциям и проклинаю усталый паровоз… Господи, почему нельзя быть птицей. Почему нельзя прилепиться к трубе этого парохода, что стоит в порту, и уехать в Золотой Египет, Голубой Бейрут…”

 В 1937, после нескольких неудачных попыток, А.Н. неожиданно получил приглашение. Как объяснили – по инициативе Комсомола Страны Советов! Какая аудитория! Пластинки миллионными тиражами! Он давно готовил себя, все годы в эмиграции писал о Родине, о тоске. «Не раствориться... Замкнуться... Служить русскому...» - вот чего хотел.  А все оказалось сложнее и проще одновременно. Надо было доказывать свою советскость. И он старался, потому что старался искренне. Война. 1941. 1942. 1943. Каждый год, как век. Как Маме не помочь? Киевляне, тем более рано оставшиеся без маминой ласки – патриоты по рождению. И он помогал. Пел о Родине. Работал в советской (по духу) газете. Пытался помирить эмиграцию и новую Россию.  А решение затягивалось. В какой-то момент предложили возвращаться одному, без семьи. Знал ли он о секретном приказе Ежова об уничтожении всех т.н. «харбинцев», совслужащих  КВЖД, где   работал и отец Гуттиэре, урожденной Циргвава?

Агент? Полноте. Не боле, чем Пушкин – декабрист. Сексотов хватало и без него. Простых эмигрантов, без имени и амбиций. Важно было приблизить так, чтобы соловушка о Родине, о Сталине запел-засвистал. Чтобы все увидели, как живет и трудится лауреат Сталинской премии. Чтобы поверили. Потому, думаю, в 1943, когда вернулся, его не позвали на беседу. А если и пригласили, то «тех» вопросов не задавали. А если и задавали, то позволяли задумываться, а то и не отвечать. «Собственно, Вы можете не отвечать, нам и так все известно. Но если Вы действительно искренне хотите помочь Родине, истекающей кровью…» Нет, нет… Лучше так: пригласить, но сказать, что сообщим дополнительно, или включить в программу правительственного концерта, но в последний момент отложить, перенести без объяснения причин. Просто не замечать… Где они: пластинки, рецензии? «Я существую на правах публичного дома: все ходят, но в обществе говорить об этом не принято.» (5)  Премия - третьей степени…  Унизить изощренно, по-китайски – это режим умел. Мог ли он не писать хвалебные стихи о Сталине? Не любить Дракона? Никто того не знает и не вправе судить…«Агент…» За что же так?

 Вставка. Итоговая.

 Ну, вот, дорогой мой читатель, не пора ли подвести первые итоги?

Значит, гений это: сын любящих и достойных провинциалов, дилетант, ногтегрыз, шаровик, некитайский шпион, себя чувствует зеленым городом, которого ему мало – весь мир впереди, в жены ему прочат ведьму (в самом хорошем, то есть естественном смысле), любит цыган, экзотику, балет и балетных, интересует социологов и психиатров, текуч за зрителем, которого и боготворит и презирает, добытчик, трудяга, а на деньги ему на….., служит русскому искусству, распеваясь перед концертом украинскими песнями, жалеет всех и все, начиная с рыб и электронов и пр. пр.

Что из этого следует? А вот что. Если Вы, дорогой мой читатель дочитали до этого места, я уже могу приоткрыть Вам может быть важнейшую тайну гениальности:

Гений – велик…

- Стоп! стоп! Что за недоумение на лицах?! – я же сказал «приоткрыть», внимательней читайте, а теперь – внимание! Приготовились? Открываю!

Гений – велик разбросом.

 Да! Именно в этом главная его тайна. И если вы еще раз перечитаете прочитанное (что вряд ли), вы несомненно обнаружите этот императив во многих, если не во всех его – гения – проявлениях.

Вот вам судьба: любящая мама и достойный отец – и раннее сиротство и босяцтво; кокаин – и 35 тыс.перевязок; «дорогой длинною» - и «родина нежная»…

А круг общения? Принц Уэльсский – и шанхайский прокаженный. Маяковский – и Слащов.

А творчество?

Тихий лепет на сцене – и гром оваций. Ни голоса, ни муз-, ни артобразования – а хиты. Поет «обезьянам», а песенки шлифует почище, чем Пушкин свои ногти. Дилетант – а поэтические находки изумительны. Что? Голословно?

 Вставка. Мастерская. Находки.

 Поэтический талант его явно недооценен. И вот что странно: демонстративным молчанием обошли его не только придворные литературоведы, но и ведущие поэты. И я, кажется, догадываюсь почему. Он не был борцом, он «прогибался под изменчивый мир», являя, между прочим, истинные христианские качества.  И в этом прогибании-повторении-подражании, в этом поиске подобия мастера видели и слышали  плагиат, эпигонство, попсу – и совсем не хотели видеть и слышать традицию, близость к ближнему, патриархально-провинциальные ценности. Гоголь «Ревизора» и «Вечеров…» творчески реинкарнировал в Булгакова. Гоголь «Старосветских помещиков» сначала  пророс в «Стародавних батюшках и матушках» Нечуй-Левицкого, а на эстраду пришел в маске Пьеро. Чтобы это принять, следует посетить его гримерную-мастерскую.

Мастерская, или, знаете, мне больше нравится с ударением на первый слог – мастерская А.В. – уникальное отражение его  жалисного, спасающего, искренне-интимного кредо.

 «Маленький» – вот ключевое слово в его словаре.   «Вертинскому, - пишет М.Петровский, - было любо все маленькое. Он жалел всех малых и слабых. Заметить маленькое, сказать «маленький» о чем бы и о ком бы то ни было – значило для Вертинского открыть все клапаны жалости – вернее: жаления – в своей душе.» (13)

Думаю, можно было бы ввести термин «маленькость», в котором отражается и содержание и поэзо-музыкальная форма и театральное воплощение его произведений. «Маленькость» пронизывает и героя, и отношение к нему, какую-то общую незащищенность и героя и автора, и будто бы невеликие литературные и голосовые возможности автора-исполнителя, и интимность интонаций, семейность драм и пр. и пр.

(Комментарий. На обороте страницы дедушка, видимо не вполне удовлетворенный оттенками слова «маленькость» – «лень»? «кость»? -  употребляет вместо него сокращенный вариант – «ма-сть». «Вот  так словцо! – восклицает он на обороте, - в нем и корень – «ма» соединяющий  маму, маленького и мастерскую (с ударением на первый слог), и тот удивительный дефис (-), тот, что всегда умиляет в иудейском Б-ге, подчеркивая тайну и благоговение. Конечно, «ма-сть!»  - масть, особенность породы поэта, артиста, певца!»   Однако в тексте снова только «маленькость»?)

В отличие от Есенина, писавшего, что «братьев наших меньших никогда не бил по голове» - Вертинскому в его жалении веришь больше. И не потому что скандалист бил  и Дуньку (А.Дункан) и прочих, и еще как бил, а А.Н. якобы не бил (рядом на полях дедушка пометил: «хотя если бы она была на двадцать лет старше и истеричка…» - комм.).

Вертинскому веришь потому, что есть у него чистой воды доверительность, - несмотря на цыганщину, гламур, экзотику, -  доверительность с первой же строчки, где и пафос намеренно снижен, и диалектизмы небольшого провинциального городка, и обращение от первого лица.

Помните, «То, что я должен сказать»?

«Я не знаю, зачем и кому это нужно»  - и по содержанию и по выражению это вопрос маленького человека; «Кто послал их на смерть недрожавшей рукой» - еще одно подтверждение бессилия и малости – вопрос «кто?» явно подчинен вопросу «зачем?», и тонет в эпитете «недрожавшей» и в обороте «Только так (курсив дедушки – комм.) беспощадно, так зло и ненужно Опустили их в вечный покой».  И все это состояние невозможности что-либо изменить словно последним гвоздем, загоняемым в гроб, добивается  рифмой «нужно – ненужно» – прямо-таки находит на меня эта рифма! – совершенно будто бы дилетантская, безыскусная – словно и автор намеренно подчеркивает, мол, я не знаю, кому нужны иные рифмы, кому вообще нужна поэзия, если вот такое… И та же самая рифма «нужно – ненужно» демонстрирует крайности смысла, полную бессмысленность, абсурд войны.

Такова же и «родина нежная» из стихотворения   о Киеве. Будто бы затертый эпитет имеет и подтекст – значит, где-то есть родина «ненежная» - точнее, сокращая два отрицания «не» и «не», взаимно уничтожающие друг друга  - убирая из «родины» - «нене», рідну мою нене, «маму» в переводе с украинского, -  получаем «родину жную», где жнут, косят, режут. А где же она – да совсем рядом – в Москве. И эта внутренняя эмиграция для него так же тяжела, - как шанхайская или румынская. Он рвется в Киев – «когда я выплачу дачу…»

И позвольте еще один пример. «Доченьки»!

Уже первая строчка – именно первая - построена по принципу «маленькости» и контраста, размаха.

«У меня завелись ангелята» (жирно наведено дедушкой - комм.)

Совершенно киевское словечко «завелись» сразу же отправляет читателя (зрителя, слушателя) к щенятам, котятам, ягнятам, телятам, цыплятам – к чему-то домашнему, бытовому, семейному, хозяйскому – и тут же «ангелята» - высокое, райское. Вот они – крайние точки – земное и небесное – но в этом драматическом разбросе присутствует «маленькость» - «ангелята» - снимающая контраст, объединяющая дольнее и горнее.

И все же Маэстро этого мало. Благодаря «завелись» и «ангелятам» в стихотворении заводятся  и клопы, и вши и все что хотите гадкое, сосущее из родителей кровь. Да-да! Дети наши враги – шутят на Подоле, и в этой шутке есть доля шутки. А отсюда совсем уже рукой подать и до «чертят», на которых намекает следующая удивительная строка:

«Завелись  среди белого дня» (выделено дедушкой – комм.) - еще одна киевская строка, полная неожиданности, сюрприза, чудесного восхищения. Итак: «чертята – котята – ангелята». Разброс достиг предела. А образ живой, домашний, сердечный. Близкий нам – земным людям – настолько, что никто и не задается вопросом: Кто же папа у ангелят? Не тот ли «Ангел ночи», поющий светлое и печальное в далеком море?

Наконец, характерным примером сочетания «маленькости» и величия, которое тоже, по-видимому, следует брать в кавычки, является «Отец», стихи о Сталине.

«Сколько стоил ему Севастополь? Сколько стоил ему Сталинград?» - спрашивает автор у себя и у нас, а кроме всего и у Сталина, подразумевая наличие у Отца народов не только стальных, но и обычных человеческих нервов, пытаясь напомнить, достучаться этим подольским оборотом («Сколько стоил ему…») до провинциала Йоси, делая и его – «маленьким». И убоявшись такого прочтения, в первой же строке сравнивая его с тополем, деревом стройным, немаленьким.

Думаю, этих примеров довольно, чтобы оценить мастерство, естественно произрастающее из жаления, из любви, и потому мастерство истинное. Он любил (или принуждал себя любить) и народ, то есть зрителя, и ирода - учредителя его третьестепенной премии. Понимая, что истину царям, а тиранам – тем более, следует говорить именно с такой  - «маленькой» улыбкой. Понимая, что обличение не дает ничего, а увещевание – кто знает?

  Итак, «маленькость» - как точка отсчета, как исходное для разброса. И потому, дорогие мои генионы, «я поднимаю свой бокал за неизбежность смены, за ваши новые пути», мои дорогие почти что гении, за то, чтобы вы, юные и не очень, продолжали разбрасываться всю оставшуюся жизнь! За размах! За смелость! За отсутствие пристани! Виват, бродяги! Браво, артисты!



Рекомендовать запись
Оцените пост:

Показать смайлы
 

Комментариев: 2

With alarm functionality and coated in cool luminova for added visibility, these activating action Toy watches are acclimated by Cool Bowl Quarterback Tom Brady and World Alternation MVP Derek Jeter. After paying as abundant as a sports car, wearers can get that chic "Rolex" or "Tag Heuer" attending after authoritative huge sacrifices.
Приобрести можно на веб-сайте http://mangoo77.mangoosteen.com Предлагаем нашим клиентам удивительное средство для похудения Mangoosteen. С его помощью реально избавиться от 15 kg за 14 дней. Растение гарциния произрастает в Таиланде. Плоды этого растения имеют потрясающие особенности. Во флакончике имеется более 20 плодов данного удивительного растения. Плоды с дерева мангкут помогают растопить чрезмерную жировую ткань. Также отлично воздействуют на организм в целом. Специфика изготовления средства, а также специализированная упаковка позволяют сберечь все удивительные свойства гарцинии. Главным действующим веществом сиропа Мангустина являются фрукты с растения гарциния, в них имеется большое число полезных веществ. Благодаря компоненту ксантону, которое в больших дозах содержатся во фрукте, значительно тормозятся окислительные процессы в организме. Ксантон считается одним из самых мощных антиокислителей. В плоде дерева мангкут к тому же содержатся разные группы витаминов и микроэлементы. Приобрести сироп Мансустина можно на интернет-сайте http://xurls.in/c1w




Мітки / теги
Александр_Бирштейн :: Александр_Володарский :: Алексей_Курилко :: Анна_Порядинская :: Виктор_Некрасов :: Віта_Пахолок :: Владимир_Спектор :: Вячеслав_Рассыпаев :: Вячеслав_Слисарчук :: Евгений_Черняховский :: журнал_"Радуга" :: Инна_Лесовая :: клуб_"Экслибрис" :: клуб_«Экслибрис» :: Марианна_Гончарова :: Михаил_Юдовский :: Никита_Дубровин :: объявление :: обэриуты :: оголошення :: поезія :: поэзия :: путешествия :: Риталий_Заславский :: рассказ :: рецензия :: Сергей_Черепанов :: стихи :: стихотворения :: Ян_Таксюр

Новини

анонси, повідомлення

Дорогие друзья - читатели журнала "Радуга"!

От Вас зависит, каким быть журналу в 2016 году.

В такое непростое для всех время нам необходима любая Ваша помощь: и словом, и делом.

Просим Вас не забыть подписаться на наш журнал.

Каждого подписчика, пришедшего в редакцию
(ул. Б. Хмельницкого, 51-А), ждёт подарок!

Подписные индексы:

74420

95025 (льготный, для библиотек)

По вопросам редакционной подписки обращайтесь:

тел. 2397381, 2397395.

Пишите нам, мы всё прочтём: rdga1927@gmail.com
Надеемся на плодотворное сотрудничество с Вами!


Передплатіть наш журнал

Подписные индексы:

74420

95025 (льготный, для библиотек)

По вопросам редакционной подписки обращайтесь:

тел. 2397381, 2397395
rdga1927@gmail.com



Школа-студия театра КХАТ
ВСЕМ, кто хочет найти себя, явить миру свои скрытые таланты, научиться красиво говорить, правильно презентовать себя в обществе, преодолеть боязнь публичных выступлений, научиться перевоплощаться в других людей, получить мастер-классы от ведущих актёров  театральной сцены, подготовиться к поступлению в театральные ВУЗы и бесплатно посещать все спектакли уникального театра в Киеве, поможет ШКОЛА - СТУДИЯ ТЕАТРА КХАТ!
Внимание! Объявляется ПЕРВЫЙ набор в Школу-Студию Театра КХАТ! Художественный руководитель курса - актёр Национального академического театра русской драмы им. Леси Украинки, главный режиссёр театра КХАТ, опытный педагог мастерства актёра, заслуженный артист Украины Виктор Кошель. Полная программа обучения включает: первые 3 месяца - подготовительные актёрские курсы, курсовой спектакль в конце первого года обучения, дипломный спектакль в конце второго года обучения, бесплатное посещение всех спектаклей театра, на втором году обучения выход на сцену в спектаклях театра, работа с ведущими мастерами  сцены. Прекратить обучение можно в любой момент, когда вы сочтёте, что получили достаточное количество знаний и навыков. 
Стоимость обучения для подростков и взрослых - 1000 гривен в месяц. До 1 декабря проходит акция для первых 10-ти поступающих скидка - месячный абонемент - 650 гривен. Оплата помесячная. Пробное занятие -150 гривен.

С надеждой на плодотворное сотрудничество Катарина, Виктор и Театр КХАТ :)

Мої Фото

Календар
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вск
         
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
ОБОЗ.ua